Пожарным выдали только респираторы — ликвидатор аварии на ЧАЭС рассказал, как на могильниках работали

РИА Мелитополь продолжает серию публикаций, посвященную 35-летию аварии на ЧАЭС. В ликвидации последствий катастрофы были задействованы более 600 тыс. человек, в том числе из Мелитополя. Один из героев-ликвидаторов — мелитопольский пожарный Александр Каленюк.

На момент аварии на Чернобыльской АЭС Александру Николаевичу Каленюку было всего 26 лет. В мае 1986 года вместе с другими пожарными из Запорожской области его готовили для откачки воды из-под реактора. Однако, их тогда оставили до особого распоряжения. Их пожарная бригада только через год попала в зону отчуждения. В 1987 году пожарных направили в Чернобыль тушить стихийные пожары на торфяниках, однако на месте пришлось заниматься не только этим.

— Мы ещё ничего нормально не знали, потому что никто этого не видел. По телевизору не показывали, всё было скрыто, а потом когда приехали туда, увидели уже масштабы трагедии. Сколько людей погибло… Мы в первую очередь приехали на отстойник, где стояла вся пожарная техника, которая тушила пожар. Машины были отовсюду, всех районов, всех областей. Бла и Запорожская область — ребята из Мелитополя, Запорожья, Энергодара, Бердянска. Мы выезжали на тушение пожаров торфяников, в этом была наша работа. Самые «грязные» машины стояли на отстойниках. Из этих 170 машин, нужно было отобрать 14 для работы в зоне для тушения пожаров, ликвидации стихийных бедствий. Этим мы и занимались.

Спасатель рассказывает, техника излучала такую сильную радиацию, что некоторых пожарных вывозили с кровотечением.

— Нас забирали на месяц, но мы работали с 7 утра до 8 вечера, чтоб не быть там лишние сутки. Кровотечение было, и гипертония уже была, поднималось давление до 170. Кому было плохо забирала скорая или отвозили на пожарной машине. Никаких медиков, ничего. Дозиметрист выходил утром радиацию измерял. Подойти к автомобилю — 200 рентген в час, а общий фон был – 30 рентген в час.

По словам Александра Николаевича, пожарным не выдавали никаких средств защиты, кроме респираторов.

— Пожарной охране не давали ничего вообще. Кроме респираторов обыкновенных марлевых повязок. У нас была х/б форма обыкновенная, пилотки на голове и всё. Никакой защиты. Мы четверо суток не переодевались вообще, ходили в одном и том же. Пока не стало одному плохо, второму плохо. Прилетел генерал на вертолете, привезли марлевые повязки нам,  х/б раз поменять за 4 дня, вот так. Мы никому не нужны были, нужна была техника, и нужны были рабочие люди.

Ночевали пожарные в общежитии в Чернобыле, а утром мужчин забирал автобус и отвозил на могильники – место, где они закапывали всю зараженную технику.

— Мы были на могильниках, похоронили 170 пожарных машин. Как у нас каналы роют, такие большие траншеи рыли, они глубиной были приблизительно около 4 метров. Туда загонялись машины пожарные, их трамбовали, заезжали ещё раз один слой, их снова трамбовали, сверху заливали бетоном и засыпали землей – это и есть могильники. Там вся техника и военная, которая получила очень большую дозу радиации, и пожарная. С пожарных машин была самая чистая машина 37  рентген в час, и то мы её похоронили, нельзя было выезжать оттуда.

20 дней, которые Александр Каленюк пробыл в зоне отчуждения, наложили свой отпечаток на здоровье. В 2002 году у него случился инфаркт, поэтому спасатель был вынужден написать рапорт об отставке.

— 20 лет стаж в пожарной охране и пошел на пенсию практически по состоянию здоровья. Хотел дослужиться до ветерана, но не получилось, потому что состояние здоровья не позволило. В 2002 году у меня случился инфаркт и всё. А нас же каждый год проверяют медкомиссия и меня списали просто, попросили — пишите рапорт и уходите.

Александр Каленюк побывал в Чернобыле дважды, но второй раз уже спустя 31 год.

— Мы 3 года назад ездили в Чернобыль уже в качестве туристов, нам нардеп Сергей Минько такой подарок сделал, чтоб мы поехали, прокатились по тем районам. Мы единственное где не были – на могильниках, там радиация по сегодняшний день превышает где-то в 100 раз допустимую дозу. Были в Припяти, Чернобыле, были и в пожарной охране там, где жили и работали.

Спасать, говорит Александр Николаевич, это его призвание, поэтому вместе с супругой он уже 30 лет воспитывает детей-сирот.

— Я родом из Хмельницкой области, здесь у меня жена родилась. Женился, потом поехал в Сибирь ещё немного там побыл, поработал и приехал в Мелитополь. Здесь мы создали семью большую, 6 родных детей. Потом ещё взяли 5 сирот в 1991 году. У нас 18 апреля — 30 лет как мы воспитываем детей-сирот. За это время мы воспитали уже 36 детей и уже имеем 41 внука. Жизнь такая, заставила помогать, ну как призвание помогать всю жизнь всем. Служба в пожарной охране — это спасение, ну и тоже самое здесь. Брали детей для того чтобы воспитывать, ставить на ноги потому что, государство нормально если в интернате – редко кто выходит нормальный из детей. А у нас есть все и полицейские, и врачи, и учителя.

Источник:

↑ Наверх ↑

aRuma бесплатная регистрация в каталогах тендерный кредит
Доставка грузов