«Как на войне» – воспоминания замполита-ликвидатора последствий аварии на Чернобыле

Piccy.info - Free Image Hosting
26 aпрeля 1986 гoдa случилaсь кaтaстрoфa, пoтрясшaя нe тoлькo нaрoд СССР, нo и вeсь мир. Прoгрeмeл взрыв нa чeтвeртoм энeргoблoкe Чeрнoбыльскoй aтoмнoй элeктрoстaнции, рaспoлoжeннoй нeдaлeкo oт гoрoдa Припять.

Этo былa сaмaя крупнaя aвaрия зa всю истoрию aтoмнoй энeргeтики: в oкружaющую срeду былo выбрoшeнo oгрoмнoe кoличeствo рaдиoaктивныx вeщeств, мнoгиe люди пoгибли из-зa лучeвoй бoлeзни, бoлee 115 тысяч житeлeй, нaxoдящиxся в 30-килoмeтрoвoй зoнe oт aвaрии, были эвaкуирoвaны. Припять и Чeрнoбыль стaли нaрицaтeльными имeнaми тoй стрaшнoй кaтaстрoфы, унeсшeй чeлoвeчeскиe жизни и пoгубившeй тысячи судeб.

В ликвидaции пoслeдствий aвaрии учaствoвaли бoлee 600 тысяч чeлoвeк, рискуя свoими жизнями. Из этoй стрaшнoй вoйны с нeвидимым врaгoм – рaдиaциeй – мнoгиe тaк и нe вeрнулись.

Виктoр Гeoргиeвич Дeймунд, председатель Ассоциации юридических лиц «Союз Чернобыль РК» и председатель общественного объединения «Союз Чернобыль» Павлодарской области в интервью Yunews.kz рассказал, что   участвовал в ликвидации последствий аварии в качестве заместителя командира по политической работе с военнослужащими. Отправляясь на АЭС, он знал, что может не вернуться, но его задачей было вдохновить личный состав идти вперед. И пересиливая страх, он двигал солдат на борьбу с радиацией.

– Изначально я хотел отправиться служить в Афганистан, – рассказывает Виктор Георгиевич. – Но меня почему-то не брали. Однажды приехала машина, сказали:   вызывает военкомат. Меня спросили: «Про Чернобыль слышал? Это не хуже, чем в Афгане». Так я попал на ликвидацию в полк химической защиты Среднеазиатского военного округа. Был октябрь 1986 года.

Учебный инструктаж длился всего три дня, вспоминает Виктор Георгиевич. Тогда он узнал, что смертельная доза радиации для человека составляет 300 рентген.

– Меня назначили замполитом роты. Наш батальон снимал грунт в населенных пунктах. Например, в деревне уровень радиации был 50 мР/ч (милирентген в час – прим. авт.), а надо снизить до 15мР/ч. Грунт мы снимали лопатой, грузили на машину и увозили на могильники.

Полк Виктора Георгиевича попал в самые опасные места – на крыши 3 и 4 энергоблоков. 4-й блок уже был закрыт саркофагом, но большое количество радиоактивного топлива осталось лежать на крыше 3-го энергоблока.

– Наша часть убирала с крыши блока радиоактивный мусор лопатами. Уровень радиации составлял от 300 до 3000 рентген, это очень серьезная опасность. Чтобы получить смертельную дозу   в 300 рентген, достаточно всего 8-10 минут.

Smiley face
Фото из открытых источников

Виктор Деймунд пробыл на крыше энергоблока в сумме около 35 минут, но остался жив.

– Всего я был на работах 9 дней, по 3-4 минуты, в сумме это около 35 минут, – рассказывает герой. – Но выходы были не каждый день. Была разработана такая система – в один день выезжали группы по 150-200 человек, проводили работу по 2-3 минуты 3-4 раза и уезжали в часть, через 2-3 дня возвращались снова. Так мы менялись с другими группами.

Smiley face
Фото из открытых источников

Защитная униформа ликвидаторов состояла всего лишь из двух свинцовых пластин, закрывающих туловище и пах. На головах были монтажные каски, а на лице – респираторы.

– Витал общий страх, – продолжает герой, вспоминая о былых временах. – Я отвечал за то, чтобы воинский состав выполнял задачи. Конечно же, в зоне высокой радиации было очень страшно. Мы не знали, вернемся ли живыми. Это как на войне. Боль не ощущается, тебя не режут ножом и не ранят автоматом. Боль скорее психологическая. Нужно было вести солдат за собой, кто-то ведь должен был это делать. К тому же, мы воспитывались на подвигах отцов, героев ВОВ. За Родину каждый из нас готов был жертвовать собой. Например, ребята пожарные, которые тушили пожар после взрыва, все умерли.

Smiley face

Фото из открытых источников

Виктор Георгиевич вспомнил случай смертельного подвига троих героев, его боевых товарищей.

– На крыше начала прожигаться бетонная конструкция, а под ним была радиоактивная вода. Если бы произошло соприкосновение, был бы такой взрыв, что захватило бы Европу и СССР. И три человека пошли в водолазных костюмах туда. Надо было выпустить воду, иначе могли взорваться все блоки АЭС. Они знали тогда, что не выживут. Но нашли под водой и открыли клапаны, и вода утекла, взрыв был предотвращен. Через несколько дней все трое умерли.

У всех чернобыльцев есть проблемы со здоровьем. Виктор Георгиевич – инвалид третьей группы, но он подчеркивает, что не все имеют инвалидность.

Он сетует на то, что в Казахстане участникам ликвидации последствий чернобыльской аварии предоставляется мало льгот. Например, уходят на пенсию участники вместе со всеми – в 63 года. Виктор Георгиевич приводит в пример Россию – там чернобыльцы отправляются на отдых в 50 лет, а женщины – в 45. Многие казахстанцы-чернобыльцы попросту не дожили до пенсии.

– Мы стояли в одном и том же месте с россиянами, трудились одинаково, а у них больше льгот! – вздыхает ликвидатор. – Мне осталось 3 года до пенсии, я не знаю, доживу или нет.

Самая важная проблема – медицинское обслуживание. В СССР все ликвидаторы имели право на бесплатную медицину. Но когда приняли Закон об обязательном медицинском страховании, для чернобыльцев помощь стала платной, наравне со всеми.

– Мы оставили свое здоровье в борьбе за родину, а теперь вынуждены платить деньги за него. А заключенные в тюрьмах, например, получают медстраховку бесплатно, – горюет Виктор Георгиевич.

35   000 казахстанцев принимали участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. На сегодня их осталось менее 5 000. От Павлодарской области в ликвидации участвовало 1200 человек.

Сразу после интервью Виктор Георгиевич отправился на похороны одного из боевых друзей. Теперь в регионе их осталось 270 человек.
Источник:

1

0

1 комментарий к записи “«Как на войне» – воспоминания замполита-ликвидатора последствий аварии на Чернобыле”

  1. Аноним:

    Видать замполитов во всех войсках не очень уважали…

↑ Наверх ↑

aRuma бесплатная регистрация в каталогахтендерный кредит
Доставка грузов