Вдова Игоря Костина: “У мужа была целая коллекция шарфов, но он носил только пару любимых, пока те не протирались”

Лeгeндaрнoму укрaинскoму фoтoрeпoртeру Игoрю Кoстину испoлнилoсь   бы 80 лeт

ф и к
Eщe при жизни Игoря Кoстинa нaзывaли чeлoвeкoм-лeгeндoй. Oн   eдинствeнный в   мирe рeпoртeр, снявший эпицeнтр   взрывa нa   Чeрнoбыльскoй aтoмнoй стaнции. Зaпeчaтлeть снeсeнную плиту рeaктoрa eму удaлoсь тoлькo с   трeтьeгo зaxoдa, рaдиaция здeсь дoxoдилa дo   2600 рeнтгeн в   чaс. A   нa   крышe трeтьeгo энeргoблoкa, зaвaлeннoгo рaдиoaктивным тoпливoм, Игoрь снимaл сoлдaт   — бeзымянныx гeрoeв. «Иx   любoвнo oкрeстили „рoбoт Пeтя“ и   „рoбoт Вaся“,   —   вспoминaл Кoстин. —   Инoстрaнныx рoбoтoв рaдиaция вывoдилa из   стрoя. И   спaсaли нaс эти рeбятa-сoлдaты. Oни лoпaтaми сбрaсывaли ядeрныe oтxoды в   рaзвaл чeтвeртoгo блoкa. Чeрeз крышу прoшлo дo   40 тысяч бeзымянныx сoлдaт…»

В   зoнe кaтaстрoфы Кoстин пoлучил свышe 150 рeнтгeн (пять прeдeльнo дoпустимыx дoз), в   дeкaбрe 1986 гoдa пoпaл нa   бoльничную кoйку. A   пoслe лeчeния в   клиникax лучeвoй тeрaпии внoвь oтпрaвлялся в   Чeрнoбыль. Oн   oтснял бoлee пяти тысяч дoкумeнтaльныx сюжeтoв o   трaгeдии и   ee   пoслeдствияx. Чaсть из   ниx вoшлa в   уникaльную книгу «Чeрнoбыль. Испoвeдь рeпoртeрa», вышeдшую в   2002 гoду. Книгa рaзлeтeлaсь пo   свeту, пoпaв и   в   штaб-квaртиру OOН, Бeлый дoм, Вaтикaн… Пaпa Римский Иoaнн Пaвeл   II нaпрaвил Кoстину спeциaльнoe пoслaниe и   aпoстoльскoe блaгoслoвeниe. Примeчaтeльнo, чтo пoнтифик блaгoдaрил укрaинскoгo рeпoртeрa «зa   прoявлeнныe чувства».

Он   прочувствовал чернобыльскую трагедию. И   потому его снимки излучают   — не   радиацию, нет,   — а   колоссальный заряд эмоций: боль, восхищение мужеством ликвидаторов, сострадание… Видя эти фотодокументы, даже далекий от   украинских проблем человек мог понять, какую цену заплатила наша страна за   Чернобыль… Увы, запечатлеть недавнее знаменательное событие   —   накрытие чернобыльского саркофага многотонной «Аркой»   — Игорь Костин уже не   смог. В   июне 2015-го он   погиб в   автокатастрофе. 27   декабря нынешнего года ему исполнилось   бы 80 лет.


*Это один из   самых известных снимков, сделанных Игорем Костиным 29   апреля 1986 года. Фотограф уговорил вертолетчиков взять его на   борт вместе с   дозиметристами, летевшими к   разрушенному реактору

В   доме Костиных рядом с   раритетным изданием книги о   Чернобыле (к   слову, в   день ее   выхода у   66-летнего репортера родилась дочь Даша) лежит пуля с   Майдана, где Игорь стоял зимой 2014 года. Чуть поодаль   — колокольчики на   подвесках.

—   Недавно колокольчики вдруг дважды прозвенели,   —   говорит   вдова Игоря Костина Алла. —   А   в   комнате ни   малейшего сквозняка. Тогда я   притронулась к   ним, чтобы прозвенели в   ответ   — Игорю. До   сих пор мы   с   Дашей не   можем свыкнуться с   мыслью, что его нет… Игорю необходимо было находиться в   гуще событий. Остановить его, не   пускать   — об   этом не   могло быть и   речи. Он   два Майдана отстоял и   в   зону АТО собирался. Игорь по   гороскопу Козерог   — это энергия, движение вперед. Люди, родившиеся под таким знаком, я   читала, не   стареют, не   «костенеют».

—   Он   выглядел намного моложе своих «официальных» лет.

—   Знаете, когда я   спустя время после знакомства (мы   встретились в   1989 году) увидела его паспорт, то   обомлела. Оказалось, Игорю 54 года, и   разница в   возрасте у   нас 25 лет. Но   я   ее не   чувствовала. Скорее, наоборот: мои подходы к   жизни были более «взрослые», консервативные, чем у   Игоря.


*Находясь с   первых дней в   зоне Чернобыльской катастрофы, украинский фоторепортер получил пять предельно допустимых доз облучения (фото из   семейного альбома)

—   Скажите, случались в   его жизни чудеса?

—   Удивительная история связана с   Балтимором. В   этом американском городе Игорь читал лекции студентам Института искусств. Однажды они спросили: что   бы вы   пожелали сейчас? «Хочу, чтобы мой сын учился здесь с   вами»,   — сказал Игорь как   бы в   шутку. А   спустя время его сыну Коле приходит приглашение из   Балтимора участвовать в   творческом конкурсе. Победителю оплачивают учебу   — именную премию учредил бывший выпускник института специально для студентов-иностранцев. Одна вакансия дается раз в   четыре года. В   итоге… Коля поехал учиться в   Америку. Его творческие работы   — картины (фотографии их   делал Игорь), присланные на   конкурс, признали лучшими. Так что чудеса случаются.

—   Как обычно праздновали день рождения Игоря?

—   На   даче, в   кругу семьи. Однажды, помню, едем   — и   вдруг к   дороге выходит стадо косуль-красавиц. Мы   остановились. Косули нас разглядывают. «Смотри,   — говорю Игорю,   — какой тебе подарок сказочный!» Он   вообще очень любил «заземляться» на   даче. Дом, сад   — его детище. Сам продумал дизайн, по-мужски лаконичный, сам высаживал деревья. И   не   переставал радоваться урожаю. В   первые годы мы   собирали до   40 ящиков плодов с   одного абрикоса   — настолько было благодарное дерево! Потом чуть поменьше. Но   все равно абрикосы крупные   — размером со   средний персик и   с   красным бочком. Соседи говорили: «Какой красивый персик у   корреспондента!» (Они Игоря называли корреспондентом). Самый торжественный момент был, когда фрукты уже собраны, лежат в   ящиках, и   Игорь развозит их   друзьям, знакомым… Всем! Он   любил порадовать людей.

—   Помнится, Ада Роговцева рассказывала, как согревало тяжело больного Костя Петровича Степанкова появление Игоря в   их   доме.

—   У   Костя Петровича был удивительный взгляд: мудрый и   грустный. Мудрость оттого, что он   так много видел и   знает, а   печаль   — от   этого знания. В   разные годы Игорь делал снимки и   Костя Петровича, и   Ады Николаевны с   еще маленькой Катей. А   потом уже учил фотографировать Катиного сына.

—   Он   был строгим учителем?

—   По   пустякам не   придирался. Давал мастер-классы в   двух вузах   — Университете культуры и   искусств и   Международном университете. Причем на   бесплатной основе. По   окончании курса ребята сдавали ему творческие работы. И   такие фотовыставки были! Студентам печатать снимки было дорого, поэтому Игорь делал это сам.


*Книга «Чернобыль. Исповедь репортера» была издана на   15 языках в   20 странах мира (aото Игоря Емельяненко, «ФАКТЫ»)

—   Ему удалось заснять в   неожиданных ракурсах «знаковых» людей эпохи. Кто из   них произвел на   него самое большое впечатление?

—   Каждый поразил по-своему. И   Мария Примаченко   — «на   горище» в   хате художницы Игорь прожил две недели. И   Николай Амосов, и   Борис Патон, и   Олег Антонов… С   семьей солистки оперы Гизеллы Циполы связан трогательный эпизод: ее   муж сфотографировал Игоря с   крохотной Дашей, спящей у   него на   груди.


*В хате народной художницы Марии Примаченко Игорь Костин прожил две недели

—   Он   дружил и   с   Михаилом Ворониным, и   только у   него шил свои элегантные костюмы, к   которым неизменно полагался шарфик.

—   Шарфиков была целая коллекция, но   Игорь носил только пару любимых, пока они не   протирались. А   костюмы на   него подогнать было сложно: нестандартная спина, прогнувшаяся от   фотокамер. Это   — профессиональное. Как и   взгляд. У   него было панорамное зрение, как у   орла: глаз нацелен в   нужную точку, а   голова движется «покадрово».

«Золотой глаз» (Голландия), «Золотой Амбурцидо» (Италия)… Можно долго перечислять высокие международные награды украинского фотожурналиста, чье имя вошло в   антологию «100 репортеров   ХХ века». Правда, в   Украине Игорь Костин наград не   удостаивался. Перед уходом из   жизни он   работал над масштабным проектом к   30-летию Чернобыльской катастрофы. Часто заходя в   редакцию «ФАКТОВ», делился планами, советовался.

—   У   Игоря был потрясающий проект, но   осуществить его я, конечно, не   смогла   бы,   —продолжает Алла Костина. —   У   меня была идея разместить его чернобыльские снимки на   билбордах, чтобы их   видели идущие по   Крещатику люди. Ведь Чернобыль случился не   в   доме, не   в   каком-то кабинетике. Это не   камерное событие, а   трагедия. В   письме, заранее отправленном столичным властям, я   просила об   одном: дать добро на   стенды, все расходы я   брала на   себя. Отказ пришел за   неделю до   даты. Хождения по   разным кабинетам ничего не   дали, кроме унижения. В   одной инстанции мне сказали, как   бы делая одолжение: «Если хотите, мы   внесем фамилию Костина в   книгу памяти». Утонченное хамство тяжело переносить. И   Игорь в   последнее время от   него очень страдал. Но   в   отчаяние все-таки не   впадал.

—   А   что ему помогало?

—   Если узнавал о   чьем-то добром поступке, то   просто расцветал: «Ой, как хорошо!», «Ой, спасибо». Весь день жил этой радостью. Некоторых даже раздражало, когда Игорь по   десять раз говорил «спасибо». А   он   просто умел быть благодарным   — людям, профессии, жизни.

В   юности Костин вынужден был оставить карьеру профессионального спортсмена   — из-за травмы. Но   в   итоге нашел себя в   фотожурналистике. Так вышло, что его 14-летняя дочь   — надежда тренеров по   художественной гимнастике   — сейчас рассталась с   большим спортом. Тоже из-за травмы.

—   Даша справится,   —   говорит Алла Костина. —   У   нее папин характер. И   знаете, что она у   меня недавно попросила? Фотокамеру!

источник

↑ Наверх ↑

aRuma бесплатная регистрация в каталогах тендерный кредит
Доставка грузов